A risk-based approach to planning the internal audit of mine production processes
Риск-ориентированный подход к планированию внутреннего аудита производственных процессов рудника
Цель работы — разработать модель риск-ориентированного планирования внутреннего аудита производственных процессов рудника и количественно сопоставить её результативность с равномерным распределением аудиторских ресурсов. Использованы методы оценки остаточного риска, ранжирования процессов по приоритету проверки, распределения трудового фонда пропорционально риску и расчёта интегрального показателя результативности плана. Предложены восемь расчётных зависимостей, апробированных на модельной карте из десяти производственных процессов при годовом фонде внутреннего аудита 1200 чел.-ч. Установлено, что суммарный валовой риск составляет 449,5 млн руб., остаточный — 211,0 млн руб., то есть действующая система контроля снижает риск на 53,1 %; первые четыре процесса по приоритету концентрируют 78,3 % остаточного риска. Показатель результативности плана при риск-ориентированном распределении равен 0,2103 против 0,1000 при равномерном, прирост составляет 110,3 % без увеличения трудозатрат. Наивысший приоритет получают промышленная безопасность и охрана труда (420 чел.-ч) и маркшейдерский учёт объёмов (245 чел.-ч).
The aim of the study is to develop a model of risk-based planning for the internal audit of mine production processes and to quantitatively compare its effectiveness with a uniform allocation of audit resources. Methods of residual risk assessment, ranking of processes by audit priority, allocation of the labour fund in proportion to risk and calculation of an integral plan effectiveness indicator were applied. Eight calculation relationships are proposed and tested on a model map of ten production processes with an annual internal audit fund of 1200 man-hours. It is established that the total gross risk amounts to 449.5 million roubles and the residual risk to 211.0 million roubles, meaning the existing control system reduces risk by 53.1 %; the top four processes by priority concentrate 78.3 % of the residual risk. The plan effectiveness indicator under risk-based allocation equals 0.2103 against 0.1000 under uniform allocation, an increase of 110.3 % with no additional labour input. The highest priority is assigned to industrial safety and occupational health (420 man-hours) and mine survey volume accounting (245 man-hours).
внутренний аудит, риск-ориентированный подход, производственные процессы рудника, остаточный риск, приоритет проверки, план аудита, результативность аудита, маркшейдерский учёт, промышленная безопасность.
internal audit, risk-based approach, mine production processes, residual risk, audit priority, audit plan, audit effectiveness, mine survey accounting, industrial safety.
Введение
Внутренний аудит горнодобывающего предприятия работает в условиях структурного дефицита ресурса: число процессов, формально подлежащих проверке, всегда превышает возможности службы. При этом процессы принципиально неравноценны по последствиям сбоя. Отказ узла энергоснабжения вспомогательного участка и ошибка в маркшейдерском учёте объёмов горной массы требуют сопоставимых трудозатрат на проверку, но различаются по потенциальному ущербу на порядок. Равномерное распределение аудиторских часов по процессам, характерное для планов «по перечню подразделений», игнорирует это различие и потому заведомо неоптимально.
Риск-ориентированный подход предлагает альтернативу: аудиторский ресурс концентрируется на областях наибольшего риска. К базовым элементам такого подхода относят планирование аудита на основе оценки рисков, оценку уровня риска, анализ уязвимости системы контроля и контроль устранения нарушений [1]. Методология риск-ориентированного аудита строится на идентификации, оценке и приоритизации рисков существенного искажения с последующей концентрацией ресурсов на зонах наибольшего риска [2]. Однако применительно к горному производству эти общие положения требуют содержательного наполнения: набор процессов, характер ущерба и структура контрольных процедур на руднике специфичны и не сводятся к финансовым бизнес-процессам.
Актуальность задачи подкрепляется надзорной статистикой. По итогам 2025 года на объектах горной промышленности зафиксировано 29 случаев смертельного травматизма, что на 22 случая меньше уровня 2024 года; снижение связывается с повышением количества и качества контрольных действий, а также с увеличением числа профилактических мероприятий [3]. Ростехнадзор при этом закрепляет риск-ориентированную логику в собственной надзорной практике, утверждая программы профилактики рисков причинения вреда охраняемым законом ценностям [4]. Отраслевая отчётность фиксирует, что на отдельных поднадзорных территориях за 9 месяцев 2025 года аварий и несчастных случаев со смертельным исходом не зарегистрировано [8], что подтверждает неоднородность распределения риска между объектами.
Последнее обстоятельство принципиально: результативность контроля зависит не от его объёма, а от адресности. Цель работы — разработать модель риск-ориентированного планирования внутреннего аудита производственных процессов рудника, обеспечивающую распределение ограниченного фонда трудозатрат пропорционально остаточному риску, и количественно оценить выигрыш относительно равномерного плана.
References
1. Лоис П., Дрогалас Г., Неранцидис М., Георгиу И., Гкампета Е. Риск-ориентированный внутренний аудит: факторы, связанные с его внедрением // Corporate Governance: The International Journal of Business in Society. — 2021. — Т. 21. — № 4. — С. 645–662. — DOI: 10.1108/CG-08-2020-0316.
2. Муджалли А. Факторы, влияющие на внедрение риск-ориентированного внутреннего аудита // Journal of Risk and Financial Management. — 2024. — Т. 17. — № 5. — Ст. 196. — DOI: 10.3390/jrfm17050196.
3. Влияние устойчивого риск-менеджмента на внедрение риск-ориентированного внутреннего аудита // Sustainability. — 2024. — Т. 16. — № 19. — Ст. 8455. — DOI: 10.3390/su16198455.
4. Факторы, определяющие эффективность риск-ориентированного внутреннего аудита // International Journal of Auditing Technology. — 2024. — С. 59–76. — DOI: 10.1504/IJAUDIT.2024.140028.
5. Риск-ориентированный внутренний аудит и его внедрение в организации // International Journal of Social Science, Education, Communication and Economics (SINOMICS Journal). — 2022. — Т. 1. — № 5. — С. 653–660. — DOI: 10.54443/sj.v1i5.73.
6. Рафикова З. Р., Халитова А. З. Концепция риск-ориентированного аудита // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. — 2020. — № 5-2. — С. 60–69.
7. Халитова А. З. Риск-ориентированный подход к организации и проведению внутреннего аудита организации // Академическая публицистика. — 2022. — № 6-2. — С. 136–140.
8. Трухина Н. В. Риск-ориентированный внутренний финансовый аудит в современной структуре государственного управления // Петербургский экономический журнал. — 2021. — № 3. — С. 85–90.
9. Пэрл А., Кин Л.-А., Йоханссон Т. Роль управления корпоративными рисками в обеспечении организационной устойчивости: пример горнодобывающей промышленности Швеции // Journal of Management Control. — 2024. — Т. 35. — С. 59–108. — DOI: 10.1007/s00187-024-00370-9.
10. Геотехнический и технический аудит горных предприятий // Горный журнал. — 2025. — № 1. — DOI: 10.17580/gzh.2025.01.03.